Может сделаем паузу в отношениях

Туннель во френдзону evo_lutio Небольшой перерыв - Перевод на английский - примеры русский.

Туннель во френдзону evo_lutio

Отношения нужно строить! - Наш Днепропетровск - Google Sites

Со дня на день «Зенит» может оформить сделку по переходу греческого защитника «Ромы» Костана Маноласа. Переговоры, по данным комментатора «Матч ТВ» Нобеля Арустамяна, идут непросто, но, кажется, завершатся успехом (сегодня игрок должен пройти медобследование в «Зените» и подписать контракт). И речь в данном случае не о «Зените» и его защитниках, а о самом греке. Было бы не совсем правильно говорить, что карьера Маноласа потихоньку идет на спад, но 26-летнему игроку определенно нужен новый вызов и смена обстановки. В середине сезона 2015/16 защита «Ромы» считалась едва ли не сильнейшей в Италии (и при этом существенно обновленной), а сам Костас показал лучшую во всей серии А статистику по выигранным единоборствам (227) и верховым дуэлям (117). Прошел год и Манолас уже не на самых первых ролях как в чемпионате, так и в команде. Одноклубник Фасио выглядит, как минимум, ярче, а в некоторых игровых аспектах и успешнее. Для примера, Манолас совершил в прошедшем сезоне 252 перехвата мяча (14-е место), а Фасио – 318 (4-е).

Небольшой перерыв - Перевод на английский - примеры русский.

Три фактора, которые помогли Зениту приобрести Маноласа

В пылу спора очень легко выпалить такое, что вы вовсе не имеете в виду. По сути спор супругов является лишь попыткой доказать свою правоту. «Все, с меня хватит», «я ухожу», «подаю на развод» – это очень опасные слова. Просто объясните, как вам было обидно, что вы чувствовали. Психологи советуют произносить их только тогда, когда вы готовы подписать бумаги. А если ваши взрослые дети стали свидетелями ссоры, не врите им, что вы не ссоритесь. Ссора – дело житейское, наглая ложь в глаза – непростительно. Но сделайте это деликатно: «Мне казалось, что ты не слышал меня, когда я предложила выехать на 2 часа раньше, и мне показалось, что лучше было принять твой вариант времени отъезда». Прежде, чем проговорить эти слова, представьте себя уже с авторучкой в руках и с заявлением в суд. Вы ведь не говорите это партнеру, чтобы сказать, что он печет чудесные оладушки так же вкусно, как его\ее папа. Беби действительно орет, а вы бьете партнера ниже пояса. Вы хотите вызвать у него чувство вины, а виноваты вы оба. Просто объясните им, что вы оба потеряли терпение, но вы по-прежнему любите друг друга и обязательно справитесь с проблемой. Так ведь и ваш партнер не в восторге от случившегося, он и так осознает свою вину. Какой месседж вы послали партнеру этими двумя предложениями? А если эти слова все же сорвались с уст, немедленно убедительно извинитесь и обещайте, что этого никогда больше не случится. Вы говорите это, чтобы оскорбить сразу двоих людей. Называя человека идиотом, козлихой, коровой, дураком вы посылаете сигнал, что сравниваете и отождествляете его с кем-то другим (нелестным) и перестали видеть в Нем Его/Ее, что он перестал существовать для вас в своем прежнем значимом качестве. Маленькие тяф-тяф становятся большими гав-гав, когда мы снова и снова даем один и тот же повод. Зачем быть таким жестоким человеком и добивать партнера обвинениями? Вы разделили его вину, которую он сам осознал и сам переживает, вы подставили свое плечо и показали ему свою любовь еще раз. И будьте готовы к тому, что у партнера процесс прощения и забвения займет какое-то время. Этими сравнениями, во-первых, вы подаете сигнал, что вы больше не видите в своем партнере именно Его\Ее. Как только стороны начали обзываться, конструктивная часть спора закончена. Тут такое дело: если вы уже когда-то кого-то за что-то простили, никогда не пользуйтесь своим прощением как оружием в следующей ссоре по тому же поводу. А вот что: если вы видите, что ходите кольцами по кругу одной и той же проблемы, значит следует делать что-то другое, продуктивное. Вместо того, чтобы каждый раз упрекать за одно и то же, не лучше ли объяснить партнеру, ПОЧЕМУ для вас так важно, например, не сидеть одному за стойкой бара или томить официанта с заказом. А позже, когда вы уже оба успокоились, сядьте и поговорите о том, что следует сделать, чтобы избежать постоянных опозданий в будущем. Текстовать или оставлять такого рода сообщения совершенно ни к чему. Ваш партнер не игнорирует вас, с чего вы это так решили? А может быть как раз потому, что ссора назревает, он не перезванивает - чтобы дать вам время успокоиться. Спорим, что вопрос времени выезда в аэропорт теперь будет решаться только по вашему сценарию?

Что означает когда говорят Давай сделаем паузу в отношениях?

Отношения нужно строить! - Наш Днепропетровск - Google Sites

Широко распространено мнение, что детектив похож на большие скачки – стартуют красивые лошади и жокеи. »Фаворит в детективе, как принято считать, полная противоположность фавориту на ипподроме. А одна дама только и сказала: «Здравствуйте», «До свидания» и «Большое спасибо». Пока Очаровательная Молодая Особа достойным образом отвечала, Пуаро позволил себе как следует изучить волосяной покров над верхней губой мистера Шайтаны. Да и весь облик мистера Шайтаны обращал на себя внимание, все тут было подчинено одной цели. То у нее был в высшей степени ученый вид, – волосы гладко зачесаны и собраны в большой пучок на затылке, то она являлась вдруг с локонами мадонны, то с гривой небрежных кудрей. Вот так я отношусь или, вернее, относилась к нему.– Да-да, такие дела… Я считаю, он очень популярный врач.– Он не ваш врач? – Но не сомневаюсь, что это будет преступление того же толка. Как ни странно, но преступник каждый раз выдает себя этим.– Человек – не оригинальное существо, – заметил Пуаро.– Женщины, – сказала миссис Оливер, – способны на бесчисленные варианты. Она прошла коридор, повернула за угол, и перед нею открылась дверь. Ничего бы не стоило сказать: «Спасибо, но мой приятель приглашен на чай в гости». – спросила Энн.– Она ведь приглашала.– Да, но я не думала, что она это на самом деле. Я вполне определенно установил тот факт, что непосредственно в его семье не было случаев внезапной смерти. Я поинтересовался, как она начала самостоятельную жизнь в Челтнеме. Женщина, у которой она служила, сейчас в отъезде, в Палестине, но я встретился с ее сестрой, и та сказала, что миссис Элдон девушка очень нравилась. Она пробыла в Девоншире два года, пока миссис Доз серьезно не заболела и не пришлось прибегнуть к услугам профессиональной медицинской сестры. Подруга Мередит Рода прониклась уважением ко мне, она была просто поражена, что их посетила такая знаменитость, как я. Она-то и выложила мне все, объяснила, в чем причина несколько странного отношения Энн к моему визиту. Баттл с любопытством посмотрел на Пуаро.– Странно, что вы об этом спрашиваете, – сказал он. Сестра ее особа весьма аккуратная, действительно, помню, говорила мне: «Сестра моя страшно неряшлива и небрежна». – Наверное, потому, что ей потребовалась помощница? Словно ожидает неприятностей.– Просто он предусмотрительный человек, – сказал Пуаро. Баттл взглянул на него через стол.– Да, мсье Пуаро, а как с вашими картами? При всем этом я собираюсь попросить вас заняться нелегкой работой.– То есть? Такое случается нередко.– Никто из нас не представлял себе, что может произойти, – продолжала миссис Лаксмор. Он был человеком чести.– Но женщина всегда чувствует, – подсказал Пуаро.– Да, вы правы… Как прекрасно сказал один наш поэт: «Я бы не любил тебя, дорогая, так сильно, если бы еще больше не любил крикет».[106]– Честь, – поправила миссис Лаксмор, слегка нахмурившись.– Конечно, конечно – честь. Иными словами, он похож скорее на абсолютного аутсайдера! Прекрасные усы, несомненно, прекрасные усы, единственные в Лондоне, которые могли бы поспорить с усами самого мсье Пуаро.– Но они не такие уж пышные, – пробормотал он себе под нос. Он, не без умысла, пытался строить из себя этакого Мефистофеля.[5] Высокий, сухопарый, с длинным мрачным лицом, на котором темнели иссиня-черные брови, усы с туго закрученными кончиками и крошечная черная эспаньолка.[6] Одевался он изысканно, его туалеты были истинными произведениями искусства, хотя и выглядели несколько эксцентрично. Было такое ощущение, что он знает обо всех несколько больше, чем нужно. Преступников, которые живут себе и в ус не дуют, преступников, которых никогда не коснулась тень подозрения. Ради сегодняшнего необычного вечера миссис Оливер решилась прикрыть лоб челкой. Теперь, миссис Лорример, не расскажете ли вы что-нибудь о своих компаньонах? С майором Деспардом и мисс Мередит я познакомилась сегодня вечером. – О нет.– А не могли бы вы сказать нам, миссис Лорример, сколько раз за вечер вы выходили из-за стола, и не опишете ли так же, как вели себя остальные? Это было где-нибудь в четверть двенадцатого.– Только один раз? Вообще мужчины довольно много ходили, только я не заметила, что они делали. Я бы никогда не совершала похожих убийств.– Неужели вы – писатель, никогда не повторяете сюжетов? мисс Рода Доз…Роде показалось, прошло целое столетие, но на самом деле – около двух минут. С содроганием Рода вступила куда-то, что с первого, испуганного взгляда показалось ей африканским лесом. Я иной раз несколько дней кряду только и делаю, что бормочу себе под нос сумму, которую я смогу получить за очередную публикацию в журнале. Так же, как ваша банковская книжка, когда вы видите, как у вас растет счет в банке.– Никогда бы не подумала, что вы сами печатаете на машинке, – сказала Рода. То есть если вы не хотите, а она не хотела, чтобы Рода участвовала в чаепитии. Она определенно хотела придержать Деспарда для себя. Рода такая яркая, говорливая, она полна энтузиазма, жизни. Я полагаю, она всегда так говорит.– А она – на самом деле. Я расследовал все линии как можно лучше, и все свелось к одной-единственной, и, скорее всего, последней возможности. А мисс Мередит испытывала определенную неловкость от моего визита, и это было очень заметно. С чего бы это, если она, как вы сказали, непогрешима? Оказывается, то, что я наговорила про Робертса, напомнило ей о печальном случае в ее жизни. И еще она показывает нам, как легко упустить что-нибудь важное. – Где бы это ни случилось, она не могла пребывать там слишком долго. – Человек, который старается подготовиться ко всяким непредвиденным обстоятельствам.– И потому не тот человек, который второпях воткнет в кого-нибудь нож, – со вздохом произнес Баттл.– Если это не единственный выход, – тут же добавил Пуаро. – Я хочу попросить вас побеседовать с вдовой Лаксмора.– Почему вам самому этим не заняться? Если бы не любил больше честь.– Эти слова были написаны будто для нас, – прошептала миссис Лаксмор. Определите из числа участников наименее вероятного преступника и – в девяти случаях из десяти – не ошибетесь. Это было бы весьма пикантно.– Увы, мсье, – сказал Пуаро. Мистер Шайтана обернулся вдруг к очаровательной молодой особе с кудряшками, как у пуделя, с одной стороны головы и шляпкой в виде трех рогов изобилия, свернутых из черной соломки, – с другой.– Милая моя, отчего это я вас у себя не видел? У всех истинных англичан при виде его прямо руки чесались: поддать бы ему как следует! »Кем был мистер Шайтана: аргентинцем, португальцем или греком, или принадлежал к какой-нибудь иной нации, справедливо презираемой ограниченными британцами, – никто не знал. Он безбедно поживал себе на роскошной Парк-Лейн.[8]Он давал замечательные приемы – большие приемы, приемы для узкого круга, жуткие приемы, престижные приемы и, определенно, «сомнительные» приемы. А кроме того, его шутки были порою весьма экстравагантны, так что лучше было не рисковать, оставить мистера Шайтану в покое. Пуаро добродушно улыбнулся.– Я вижу, – сказал он в ответ, – что вы тоже выставили здесь три табакерки. Я не ограничиваю себя какой-либо эпохой или родом вещей.– У вас католическая любовь к реликвиям, – улыбнулся Пуаро.– Можно сказать и так. – Просто ребячество: чашка убийцы из Брайтона да фомка[10] известного грабителя. Я ведь собираю только наилучшие экспонаты.– Что, по-вашему, можно считать лучшими экспонатами в коллекции такого рода? Мистер Шайтана наклонился вперед, положил два пальца на плечо Пуаро и драматическим свистящим шепотом произнес:– Людей, которые совершили преступления, мсье Пуаро. Согласитесь, это забавное увлечение.– Я бы употребил тут совсем другое слово…– Идея! Низким грудным голосом она поприветствовала Пуаро, с которым познакомилась когда-то на одном литературном обеде.– А инспектора Баттла вы, несомненно, знаете, – сказал мистер Шайтана. Миссис Лорример не пришлось раздумывать.– Я предполагала, что вы меня об этом спросите, и постаралась все припомнить. Я сказала, как приятно смотреть на горящие дрова.– И он ответил? – Она сухо добавила: – Практически вам никто не подтвердит, что Шайтана был жив и говорил со мной. Он продолжал спокойно и методично задавать вопросы.– В какое это было время? Мисс Мередит, как мне кажется, покидала свое место только раз. Баттл кивнул.– Все это очень приблизительно, – сказала миссис Лорример, начиная сердиться.– Извините. – спросил Баттл.– «Убийство среди лотосов», – пробормотал Пуаро. Миссис Оливер повернулась к нему, глаза ее сияли от восхищения.– Какая эрудиция! Конечно, в этих двух романах совершенно одинаковый сюжет, но никто до сих пор не обратил на это внимания. Ее провели в гостиную, где был полный беспорядок.– Простите, как мне доложить о вас? Птицы, масса птиц: зеленые попугаи, попугаи ара,[88] птицы, неизвестные орнитологам,[89] заполняли все уголки и закоулки, казалось, девственного леса. Он сделал какое-то страшно умное заключение о тарелке фасоли, а сейчас только что обнаружил смертельный яд в начинке из шалфея с луком для гуся на Михайлов день,[90] а я как раз вспомнила, что фасоль к Михайлову дню уже не продают. А потом то и дело застреваешь, и кажется, что никогда не выберешься из этой путаницы, но выбираешься! Это тяжелая работа, как и всякая другая.– Ну, это не похоже на работу, – возразила Рода.– Для вас, – сказала миссис Оливер. – Я думала, у вас секретарь.– У меня действительно была секретарша, и я пыталась диктовать ей, но она была такой грамотейкой, что просто вводила меня в депрессию, работать не хотелось. Накануне вечером майор Деспард явно симпатизировал Роде. А уж Рода, она такая, она не хочет, она и не думает отступать на задний план. Но она поступила очень глупо, не надо было так спешить. Несколько лет назад Робертс, должно быть, был виновен в неблагоразумном поступке по отношению к одной из своих пациенток. Но дама оказалась эмоциональная, истеричная, она любила устраивать сцены, и либо муж понял, в чем дело, либо жена «призналась». И она объяснила, что это за печальный случай.– Она сказала, когда и где он произошел? Инспектор пробормотал что-то себе под нос и черкнул несколько слов в своем блокноте. Баттл овладел собой.– Снимаю шляпу перед вами, миссис Оливер, – с поклоном произнес он. – Потому что, как я только что сказал, отправляюсь в Девоншир.– Все же почему вы сами не хотите? Сказать вам правду, так я думаю, вы узнаете у нее больше, чем я.– Мои методы не так прямолинейны? – Недаром инспектор Джепп говорит, что у вас изощренный ум.– Как у покойного Шайтаны? – Я даже думаю, он у нее все и выведал, – медленно проговорил Пуаро.– Что заставляет вас так думать? Минуты полторы Пуаро не нарушал молчания, потом принялся как бы рассуждать с самим собой:– Да. – Чего бы это нам ни стоило, нам не суждено было произнести роковое слово. Поскольку я не хочу, чтобы мой уважаемый читатель в негодовании отшвырнул эту книжку, предпочитаю предупредить заранее, что она совсем иного рода . И не сговариваясь, они повторяли с точностью до слова одну фразу:– Вот чертов даго,[7] Шайтана! Сегодня Шайтана решил позабавиться над маленьким человечком, Эркюлем Пуаро.– Так, значит, даже полицейским полагается отдыхать? Мистер Шайтана умоляюще отмахнулся.– Подбираю иногда всякие пустяковины. Вдруг в глазах мистера Шайтаны заплясали чертики, брови затейливо изогнулись, а уголки губ лукаво поднялись.– Я бы мог вам показать даже предметы по вашей части, мсье Пуаро.– Значит, у вас есть собственный Черный музей? Брови Пуаро слегка приподнялись.– Ага, напугал я вас! – Дорогой мой, дорогуша, мы с вами смотрим на такие вещи с полярных точек зрения! Крупный, плотный, словно вырубленный из дерева, причем не просто из дерева, а из того, что идет на постройку боевых кораблей.[13]По-видимому, инспектор Баттл был типичным представителем Скотленд-Ярда. Я поднималась с места всего один раз, когда была болваном. – Что терпеть не может радиаторов парового отопления.– Кто-нибудь слышал ваш разговор? – Я думаю, мы играли уже больше часа.– А остальные? Она прошла посмотреть карты партнера.– Но она не отходила от стола? Затем Баттл повторил свой фокус, достал длинный изящный стилет.– Не взглянете ли на это, миссис Лорример? В одном – кража документов во время неофициального правительственного приема, в другом – убийство на Борнео[35] в бунгало[36] каучукового плантатора.– Но отправная точка, на которой строятся романы, одна и та же, – сказал Пуаро. И среди разгула этой птичьей и растительной жизни Рода различила обшарпанный кухонный стол с пишущей машинкой, разбросанные по всему полу листки машинописного текста и миссис Оливер, – волосы у нее были в диком беспорядке, – поднимающуюся с расшатанного стула.– Дорогая моя, как я рада вас видеть, – сказала миссис Оливер, протягивая руку, испачканную копиркой, и пытаясь второй рукой пригладить волосы – процедура совершенно бессмысленная. Рода принесла еще один расшатанный стул и уставилась на хозяйку дома.– Послушайте, мне ужасно неудобно. – спросила Рода, затаив дыхание.– И да и нет, – ответила миссис Оливер. Захваченная интригующей возможностью стать свидетелем творческого процесса, Рода едва дыша произнесла:– Она могла быть консервированной.– Конечно, могла бы, – сказала миссис Оливер с сомнением. Я вечно вру что-нибудь, когда мне нужно писать про сад или огород. Я поняла: она на много лучше меня знает английский и грамматику, всякие там точки и точки с запятыми, и начала испытывать чувство неполноценности. В эту минуту появился черный кофе и горячие тосты с маслом. Запросто пить кофе со знаменитостью для нее было большим событием. Немного шокированная тем, как писательница характеризует детище своего пера, Рода с радостью приняла подарок. – Напротив, – сказала миссис Оливер и, немного помолчав, добавила: – Вы такое милое дитя. Будьте осторожны, дорогая.– И с чего это я ей так сказала? Если бы она действовала умнее, она бы сидела сейчас за чаем у майора Деспарда в клубе или еще где-нибудь. Так или иначе, дело оборачивалось для доктора неважно. Но могло быть и так.– Он не женился потом на миссис Краддок? Как я понял, нежные чувства испытывала только дама. Название – очень длинное, но я думаю, оно мало что нам объяснит. Пуаро задумчиво кивнул.– Это соответствует тому, что говорил мне мистер Шайтана. В случаях с Краддоками он каждый раз пользовался медицинскими средствами. Я считаю, если бы он убил Шайтану, он бы и здесь применил медицину. От его обычной деревянной невозмутимости не осталось и следа. – вдруг живо спросил Баттл.– Случайное замечание майора Деспарда.– Выходит, он выдал ее? Здесь лишь четыре участника состязания, и каждый при соответствующих обстоятельствах мог бы совершить преступление. Однако я думаю, что четыре человека, каждый из которых совершил убийство и, возможно, еще и новое преступление, не могут не вызвать интереса. Можно сказать, что случайная встреча вызвала не свойственное ему проявление волнения.– Мсье Шайтана, дорогой, – произнес он в ответ. Как дуэлянты en garde.[1]Вокруг медленным водоворотом кружила элегантная меланхолическая лондонская публика. Вход – одна гинея,[3] весь сбор в пользу лондонских больниц.– Дорогой мой, до чего же я рад вас видеть, – продолжал мистер Шайтана. Жены, сестры, тетки, матери и даже бабушки истинных англичан говорили, варьируя выражения в зависимости от возраста, примерно так: «Знаю, дорогая. Для вас преступление – дело обычное: убийство, расследование, улики и, в конце концов (поскольку вы, без сомнения, человек способный), – вынесение приговора. Нет, я подхожу к делу с артистической точки зрения. Вид у него всегда был флегматичный и довольно глупый.– Я знаком с мсье Пуаро, – сказал инспектор Баттл, его деревянное лицо на миг раздвинулось улыбкой и приняло прежнее выражение.– Полковник Рейс, – продолжал знакомить Шайтана. Она взяла его в руки без всяких эмоций.– Вы раньше его видели? Миссис Лорример повернулась к миссис Оливер:– Доброй ночи, миссис Оливер. Наклоняется при разговоре, будто сейчас укусит.– И давно вы с ним были знакомы? Познакомились в Швейцарии на зимнем сезоне.– Вот никогда бы не подумал, что он любитель зимнего спорта.– Он только на коньках катался. – Один из ваших самых удачных приемов: плантатор устраивает свое собственное убийство, министр кабинета устраивает кражу своих собственных документов. Я проживаю здесь с кухаркой, горничной и экономкой, секретарша у меня приходящая. Со стола упал задетый ее рукой бумажный кулек, и по всему полу запрыгали, покатились яблоки.– Ничего, дорогая, не беспокойтесь, кто-нибудь их потом подберет. Люди пишут мне, что цветы у меня в романах рассажены совсем неправильно – как будто это имеет значение, – во всяком случае, в лондонских магазинах они чувствуют себя отлично – в букетах.– Конечно, не имеет значения, – преданно глядя на миссис Оливер, сказала Рода. Должно быть замечательно, так просто сесть и написать целую книжку.– Это происходит не совсем так, – сказала миссис Оливер. Тогда я попыталась работать с совсем уж малограмотной девицей, но, конечно, из этого тоже ничего не вышло.– Это так здорово, уметь все придумывать, – сказала Рода.– Придумывать я люблю, – со счастливой улыбкой сказала миссис Оливер. Но я очень хотела, чтобы вы знали: это не то, что вы думаете. Миссис Оливер взглянула на зардевшееся подвижное лицо Роды и медленно сказала:– Понимаю.– Энн ужасно впечатлительная, – сказала Рода. Если ее что-то расстраивает, она лучше об этом не будет говорить, хотя на самом-то деле в этом нет ничего хорошего, по крайней мере, я так думаю. Когда с тостами было покончено, она встала и сказала:– Я все же надеюсь, что не очень вам помешала. Миссис Оливер, раскрыв книжку, невероятно размашисто расписалась и вручила ее Роде:– Вот вам.– Спасибо. – пробормотала миссис Оливер, когда дверь за гостьей закрылась. Разгневанный муж грозил донести о нем в Главный медицинский совет, что, вероятно, означало бы конец его медицинской карьеры.– Что же такое произошло? По моим сведениям, она оставила безнадежные попытки заполучить доктора и, вполне счастливая, в радужном настроении вдруг отправилась на зиму в Египет. Очень редкое заболевание у нас и довольно частое среди местного населения в Египте.– Значит, доктор не мог ее отравить? – Я говорил с одним своим знакомым – бактериологом, страшно трудно получить четкий ответ от этих людей. Всегда: «могло быть при определенных условиях» или «в зависимости от общего состояния пациента», «подобные случаи известны», «многое зависит от индивидуальной идиосинкразии»[100] и другая тому подобная чушь. Он превозносил удачливого убийцу – человека, которому никогда не смогут предъявить обвинения в совершенном преступлении.– Как же тогда сам Шайтана узнал об этом? Пуаро пожал плечами.– Это навсегда останется тайной. Нам это известно, потому что там он познакомился с миссис Лорример. – У меня такое ощущение, что наш веселый неунывающий доктор не слишком щепетилен. Он бы использовал микробы, а не нож.– Я никогда не думала на него, – пробормотала миссис Оливер. Он как-то слишком очевиден.– Исключим Робертса, – пробормотал Пуаро. Баттл сделал нетерпеливый жест.– Все пока довольно чисто. Она прожила в Лондоне большую часть жизни, иногда выезжала на зиму за границу. Я не обнаружил никаких загадочных смертей, имеющих к ней отношение. Это на него не похоже.– О, дорогой друг, чтобы никого не выдать, надо не открывать рта. Майора Деспарда нам порекомендовали как человека, который знает обстановку и может организовать экспедицию. Эти четверо представляют совершенно различные человеческие типы, – мотив действия каждого характерен только для него одного, и каждый из них идет к преступлению своим путем. Слышались неторопливые разговоры, шушуканье.– Как прелестно! Меня не интересуют заурядные образчики чего бы то ни было. Пуаро не был ранее знаком с полковником Рейсом, но кое-что о нем слышал. У нее были тонкие черты лица, прекрасно уложенные седые волосы, голос – высокий, резкий.– Надеюсь, я не очень опоздала, – сказала она, обращаясь к хозяину, затем повернулась поприветствовать доктора Робертса, с которым была знакома.– Майор Деспард, – снова объявил дворецкий. – Никогда.– А он лежал на столе в гостиной.– Я его не заметила.– Вы, наверное, понимаете: подобным оружием женщина могла бы достичь цели с той же легкостью, что и мужчина.– Полагаю, могла бы, – невозмутимо согласилась миссис Лорример. Первый роббер.– Так что эта, незаконченная, – доктора Робертса? Доброй ночи, полковник Рейс, – и, пожав руки всем четверым, ушла.– Не добились от нее ничего нового, – прокомментировал Баттл. Штучка старого закала, сама предупредительность, но дьявольски надменна! В заключительный момент появляется «третий» и раскрывает обман.– Мне, миссис Оливер, понравился ваш последний роман, – любезно заметил Баттл. Я обладаю хорошим доходом и убиваю умеренное число своих пациентов. Инспектор Баттл ухмыльнулся.– Весьма всесторонне, доктор Робертс. Хочу спросить у вас еще одну вещь.– Я человек строгой морали, инспектор.– О, не об этом, нет. Едва дыша Рода разогнулась с пятью яблоками в руках.– О, спасибо. – О, миссис Оливер, должно быть, так здорово быть писателем. – Что в самом деле утомительно – так переносить потом все это на бумагу. Она с изумлением смотрела на миссис Оливер, с по-юношески пылким благоговением перед знаменитостью, но тем не менее она была разочарована.– Вам нравятся обои? А вы напомнили ей, сказав о яде, и она сразу переменилась, стала такая холодная, натянутая. Это только уход от трудностей, делаешь вид, что их не существует. Вы не будете возражать, в общем, вас не затруднит, если я пришлю одну из ваших книжек и попрошу подписать ее мне? Она покачала головой, взъерошила волосы и вернулась к мудрым заключениям Свена Хьерсона относительно смертоносной начинки из шалфея и лука. Она постояла с минуту на крыльце, потом стала спускаться. – затаив дыхание, спросила миссис Оливер.– Очевидно, Робертсу удалось на время успокоить разгневанного джентльмена, а вскоре после этого он умер от сибирской язвы.– Сибирская язва? Но все-таки я смог выудить из своего знакомого, что микроб или микробы могли быть введены в кровь до отъезда из Англии. Ей было сделано, как полагается, две инъекции, и это, возможно, были две прививки от брюшного тифа, как нам известно. В какое-то иное время он, может быть, слышал сплетни о Робертсе и миссис Краддок. Мы можем сказать: он догадывался, что что-то не так. Я знал людей, похожих на него, – до чего же определенные типы бывают похожи друг на друга! Он убил Краддока, он, может быть, убил миссис Краддок, если она начала досаждать ему и устраивать скандалы. Ее достаточно обеспеченная, по всей видимости, жизнь не отличалась какими-либо особенностями – обыкновенная жизнь светской женщины. Речь наша – величайшая разоблачительница.– Даже если лгать? Миссис Лаксмор тяжело вздохнула.– Вы понимаете меня. Все произошло так дико.– Вы вместе отправились в глубь континента, не так ли? Рассказ строится исключительно на психологических моментах, и это не менее интересно, потому что когда все сказано и совершено, именно душевное состояниие убийцы вызывает наибольший интерес. Хмурый, статный, загорелый мужчина лет пятидесяти, он обычно находился на каких-нибудь аванпостах империи, в особенности если назревали неприятные события. С хозяином он поздоровался за руку, а остальным был представлен. Не выдавайте меня моим слабонервным пациентам, ха-ха! Это был высокий, сухопарый красивый мужчина, его лицо слегка портил шрам на виске. – Мистер Шайтана…– Можно сказать, – спокойно произнес Пуаро, – что у него «преступные намерения». Несомненно, он хочет услышать, как мы будем спорить друг с другом. Как вы заметили, mon ami, очень смелый поступок.– Нет ли каких-либо идей, мсье Пуаро? – Да, у меня есть что сказать по этому поводу, – медленно проговорил Пуаро. Она чуть наклонилась и вернула изящную вещицу.– Но все равно, женщина должна быть достаточно отчаянной, – сказал инспектор Баттл, – чтобы решиться на это. Не могу себе представить, чтобы это она, но кто знает! Что вы думаете насчет картежных записей, мсье Пуаро? И, скорее всего, мы найдем его в этих небрежно написанных цифрах. В этом, следующем, не так легко проследить за игрой, ведь счет велся методом вычеркивания. Переоценка их возможностей со стороны доктора, и они теряют былое положение; но поскольку оба первоклассные игроки, то теряют не слишком много. Он встал, пододвинул ей стул, поудобнее его развернув.– Садитесь, мисс Мередит, садитесь. Знаю, все это кажется неприятным, но не так уж плохо на самом деле.– Куда уж хуже, – сказала девушка. Думать, что кто-то из нас…– Предоставьте думать мне, – добродушно сказал Баттл. – Тот, в котором одновременно убивают всех начальников полиции. Не назовете ли вы мне имена четырех ваших знакомых, людей, которые хорошо и немало лет вас знают. – Вообще-то это не имеет значения, но так нам, конечно, было бы проще. Не надо снова укладывать их в кулек, он, кажется, здорово порвался. Миссис Оливер потерла лоб пальцем, перепачканным копиркой, и спросила:– Почему же? Вроде бы запишешь, а потом оказывается, что объем в два раза меньше, чем тебе заказали, и тогда мне приходится добавлять еще убийство и новое похищение героини. – спросила миссис Оливер, описывая рукой широкий круг. Предпочтительнее тропических на соответствующем фоне. Это вызывает у меня ощущение жаркого дня, даже когда на улице мороз. Я бы предпочла избавиться от них, каких бы мучений мне это ни стоило.– О, да вы, моя дорогая, солдат, – спокойно сказала миссис Оливер. Рода вспыхнула.– Энн – чудная.– Я не отрицаю, что она чудная, – с улыбкой сказала миссис Оливер. – Она вздохнула и довольно неожиданно для девушки спросила: – Вы верите, что правда ценнее всего? Странно, не правда ли, как некоторых преследует какая-то напасть. Миссис Оливер рассмеялась.– О, мы можем поступить проще. Вид у нее был несколько необычный – на ее лице была написана суровая решимость и одновременно странная неуверенность. – Нет, пожалуй, не стоит.– Пойдемте со мной попьем чаю. Миссис Лорример рассмеялась, оставившая было ее житейская мудрость снова вернулась к ней.– Довольно мрачных рассуждений о смысле жизни, – сказала она, подозвала официантку и расплатилась. Инспектор усмехнулся.– Совершенно верно, миссис Оливер. Это не экзотический яд, которым американские индейцы мажут наконечники своих стрел. Единственное свидетельство, которым я располагаю, и оно достаточно малозначащее, состоит в том, что среди пациентов доктора был в то время случай заболевания сибирской язвой.– Вы подозреваете, что доктор заразил кисточку для бритья? Симптомы могли некоторое время не проявляться.– Миссис Краддок была сделана прививка против брюшного тифа? – Насколько я знаю, большинству делают эту прививку.– Вы правы, мсье Пуаро.– И прививку делал доктор Робертс? Или одна из них от брюшного тифа, а вторая от чего-то еще. Он мог ради забавы обронить какую-нибудь многозначительную фразу при докторе и заметить в его глазах испуг. У некоторых людей есть необыкновенный талант выпытывать секреты. Все, кажется, ее уважают, и репутация у нее самая что ни на есть прочная. – спросила миссис Оливер.– Да, мадам, потому что можно сразу почувствовать, что вы преподносите ложь, и притом определенную.– От ваших разговоров становится как-то не по себе, – сказала, поднимаясь, миссис Оливер. Куда бы они ни отправились, трагедия следует по пятам.

Три фактора, которые помогли Зениту приобрести Маноласа
Ответы@Mail. Ru Девушка предложила сделать паузу в отношениях!

Жизнь «случается», подобно тому, как это происходит в бессознательном сновидении. В повседневной действительности человек пребывает во власти обстоятельств и не способен скольконибудь значительно повлиять на ход событий. Перед вами вторая книга о Трансерфинге – загадочном аспекте реальности, породившем столько эмоций в читательской аудитории. События идут своим чередом, не обращая внимания на ваши «хочу» или «не хочу». Казалось бы, эту фатальную неизбежность преодолеть невозможно. На самом же деле, из такого положения существует совершенно неожиданный выход. Человек не подозревает о том, что находится в плену зеркальной иллюзии.

Перерыв в отношениях Ксюшин клуб

4 комментариев

  • bellarino4ka

    Дн. назад. Со дня на день Зенит может оформить сделку по переходу греческого. Маноласа прямо сейчас, но так или иначе взявший паузу Зенит оказался для. у него испортились отношения сразу с несколькими игроками Ромы. Если когда-то появится возможность вернуться, сделаю это.

    Ответить
  • videoman

    Что означает когда говорят Давай сделаем паузу в отношениях? Как разрыв отношений может навредить здоровью?

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *